Завоевания и формирование нового административного деления

По сравнению с другими странами региона Балтийского моря в Эстонию христианство пришло довольно поздно. Поскольку на территории Эстонии государство с централизованной властью тогда еще не сложилось, появление христианства связано с иностранными миссионерами, действовавшими на свой страх и риск. Довольно позднее распространение христианства на территории Эстонии, объясняется ещё и тем, что в экономическом плане здешние земли интереса не представляли. Значение, сравнимое с ролью Восточного пути времен викингов (Austrvegr – морской путь из Скандинавии по крупным рекам Руси в Византию и мусульманскую Среднюю Азию, в русской традиции– «путь из варяг в греки») в транзитной торговле между Востоком и Западом, Эстония приобрела лишь после завоевания её, принятия христианства и возникновения городов. До XIII в. главный торговый путь между Русью и Западной Европой проходил по реке Даугаве (эст. Вяйна, в России – Западная Двина), При тогдашнем состоянии судоходства он был более удобным (и более прямым), чем морские пути вдоль побережья Балтийского моря в Северной и Западной Эстонии. Второй причиной могло служить и то обстоятельство, что соседние страны были очень заняты более актуальными для них политическими проблемами – в Дании и Швеции шел процесс объединения земель вокруг централизованной королевской власти, а германская колонизация в восточном направлении должна была сначала сломить сопротивление западных славян.

Германская экспансия, которая началась в последние десятилетия XII в. на землях ливов и латгалов по берегам Даугавы, достигла Эстонии в 1208 г., когда крестоносцы разграбили один из важнейших центров Южной Эстонии – городище Отепяэ. Еще раньше, в 1206 г., датчане, войско которых возглавлял архиепископ Лунда Андерс Сунесен (Андреас Сунонис), безуспешно пытались захватить самый крупный, плотно заселенный и богатый эстонский остров Сааремаа. Это отнюдь не означает, что христианский мир не интересовался Эстонией ранее – по крайней мере, начиная с 1170-х гг., известны попытки папского престола направить сюда епископа с миссией. Вполне вероятно, что и Русская православная церковь, например, из Новгорода или Полоцка, посылала сюда своих миссионеров, но письменных подтверждений этого не сохранилось.

Христианской церкви не удавалось закрепиться в Эстонии без вооруженной поддержки. В целенаправленном завоевании крестом и мечом восточного побережья Балтийского моря участвовали разные и часто враждовавшие между собой церковные и светские силы: папская курия, Гамбургско-Бременские архиепископы (папа еще в середине IX в. наделил их правом вести миссионерскую работу в Северной Европе), Тевтонский (Немецкий) орден (который после отступления из Святой земли перенес свою деятельность на польские и прусские территории), Датское и Шведское королевства.

Вообще роль папской курии и европейских крестоносцев в завоевании Ливонии (территория современных Эстонии и Латвии, которая в исторической литературе именуется Старой Ливонией) весьма противоречива. У папы, который хотел расширить сферу влияния католической церкви в восточном направлении, имея в виду и земли, где традиционно было широко распространено православное вероисповедание, не хватало для этого практической военной мощи. Тогда же активизировалось наступление мусульман на позиции крестоносцев на Святой Земле, положение последних становилось все более шатким и направление захватнической энергии в новые регионы, на восток Европы, представлялось все более приемлемым выходом. Готовность к агрессии, в основном, немецких крестоносцев, участвовавших в завоевании Эстонии, напрямую связана с общим натиском на восток в XII–XIII вв. немцев, принявших христианство несколькими столетиями ранее. Крестоносцы, в первую очередь, представляли интересы немецких землевладельцев, что часто не совпадало с интересами папского престола. Корни противоречий уходили к давней вражде между императором Священной Римской империи и германскими землевладельцами, с одной стороны и папским престолом, с другой, причиной которой стал последовательно провозглашаемый папами, начиная с XI в., постулат о превосходстве духовной власти над светской. Практическая политика, которая проводилась в Ливонии в XIII в., наглядно демонстрировала, что папство было склонно поддерживать скорее датчан, чем германских крестоносцев.

Важную политическую роль в Ливонии играл епископ из г. Модены в Северной Италии, Гуиллелмус (в немецкой традиции – Вильгельм Моденский), который в первой половине XIII в. в качестве папского легата неоднократно бывал в Прибалтике и Северных странах. Дважды посетил он и Эстонию, где разрешал возникавшие между завоевателями территориальные споры, и читал проповеди местным жителям, очевидно, с помощью переводчика. В 1219 г. датский король Вальдемар II завоевал Северную Эстонию, победив эстонцев в битве при Линданисе (Таллинн). Немецкие крестоносцы завоевали Южную Эстонию к 1224 г. и о-в Сааремаа к 1227 г. Завоеванные территории были поделены между Ливонским орденом (отделением Тевтонского ордена в Ливонии), Тартуским и Сааре-Ляэнеским епископствами.

Хотя наиболее значительные военные события произошли в течение трех первых десятилетий XIII в., окончательное покорение территории Эстонии и Латвии и формирование новой административной системы заняло почти весь XIII в. Местные народы Ливонии: эстонцы (как жители материковой части Эстонии, так и населявшие эстонские острова), латгалы, ливы, земгалы, курши  действовали разрозненно, и между ними нередкими были конфликты. Отсутствие согласованности между коренными народами позволило завоевателям использовать одних из них против других. Тем более, что мотивы противостояния завоевателям часто были скорее экономического плана, чем национально-политического. Формирование церковной администрации на территории Эстонии, т.е. епископств, а при епископах – капитулов (коллегий высшего духовенства), продолжалось на протяжении почти всего XIII в. Первого епископа на территории Эстонии, Теодориха (1211—1219), утвердил в этом сане в 1211 г. рижский епископ Альберт. Бывший бременский каноник Альберт Буксгевден, посвященный в сан епископа Ливонии в 1199 г. своим родственником, Бременским архиепископом Гартвигом II, был одной из ключевых фигур христианизации и завоевания Ливонии, он активно организовывал и направлял деятельность крестоносцев, начиная со своего посвящения в сан епископа в 1199 г. и до смерти в 1229 г.

Теодорих был еще типичным т. н. миссионерским епископом – у него не было своей резиденции и кафедрального капитула. После того, как эстонцы в 1219 г. в битве при Линданисе убили Теодориха в его шатре, епископ Альберт назначил его преемником своего брата Германа, под именем епископа Лихулаского. В 1224 г., после образования Тартуского епископства, Герман перебрался в Тарту – в новый центр своего епископства. А в Лихула, после создания в 1228 г. в Западной Эстонии Сааре-Ляэнеского епископства, обосновался Сааре-Ляэнеский епископ, резиденция которого была позднее, в 1251 г. перенесена в Пярну, а затем, в начале 1260-х гг.- в Хаапсалу.

Первые датские епископы не смогли сформировать в Северной Эстонии епископства и капитулы. Началом истории Таллиннского епископства следует считать 1240 г., когда датский король пожаловал земли для содержания епископа и капитула. После преобразования Рижского епископства в архиепископство (1251 г.) Тартуское и Сааре-Ляэнеское епископства перешли в подчинение к Рижскому архиепископу. Таллиннский епископ подчинялся архиепископу Лунда. В отличие от Тартуского и Сааре-Ляэнеского епископов, Таллиннский в своей епархии светской властью не обладал.

С началом деятельности первых епископов в зарождающихся городах воздвигались соборы и приходские церкви. Строительство таллиннской Домской (кафедральной) церкви началось, очевидно, в конце 1220-х гг., тартуская Домская церковь построена во второй половине XIII в. Сведения о строительстве приходских церквей в сельской местности отрывочны, правда, в документах первой половины XIII в. отмечаются церковные приходы, которые поначалу территориально почти совпадали с древними приходами (кихелькондами), существовавшими до завоевания Эстонии.

Подробности