Кампания по эстонизации фамилий в 1930-е годы

​Эстонские крестьяне получили фамилии в начале 19 века после отмены крепостного права. До этого полные имена обычно состояли из названия хутора, имени отца и имени самого человека (например, Пакри Хансу Юри). Поскольку раздача фамилий проходила под контролем остзейских помещиков, зачастую давались немецкие фамилии.

​Эстонизация иностранных фамилий началась в Эстонской Республике в 1921 г., но результаты поначалу были скромными. Ситуация изменилась после установления в 1934 г. авторитарного режима Константина Пятса, когда эстонизации имен придали политический масштаб. Эстонизация фамилий стала главным краеугольным камнем демонстрации народной солидарности и чистоты, пропаганда финансировалась государством.

​В сентябре 1934 г. по инициативе правительства был создан Центральный комитет эстонизации имен (с конца 1935 г. – Союз эстонизации имен), одной из целей которого было то, чтобы за границей Эстонию и эстонцев представляли только лица с эстонскими фамилиями; в Рийгикогу и правление гражданских объединений избирались только члены с национальными фамилиями; эстонские имена были у всех офицеров и студентов, хористов, выступающих на певческих праздниках, и т.д.

​Для достижения результатов под руководством Государственной службы пропаганды под девизом «Каждому эстонцу – эстонское имя!» была запущена масштабная кампания, в которой участвовали деятели государства, самоуправлений и образования, Кайтселийт и Исамаалийт, молодежные и женские организации и т.д. Активная пропаганда шла в прессе и на радио, издавались почтовые открытки и листовки с призывами «избавиться от 100-летней оккупации немецких имен». В главной почтовой конторе Таллина на письма ставили печать «Каждому эстонцу – эстонское имя!», подобные призывы показывали перед киносеансами и т.п.

​Для упрощения смены имен языковеды разработали инструкции и опубликовали список с примерами новых имен. При смене фамилии рекомендовалось соблюдать несколько принципов: зачастую иностранные имена переводились на эстонский язык, например, Розенберг – Роозимяэ («розовая гора»), Грюнфельдт – Хальяспыльд («зеленое поле») и т.д. Распространенным стал прием, когда заменялось лишь иностранное окончание фамилии: Рейман – Реймаа, Тыниссон – Тыниссоо. Значительная часть новых имен была образована при помощи аффиксов, например, Урбла, Оясте, Кивистик и т.д. Популярным было и образование фамилий из сложных слов: Пярнакиви («липовый камень»), Лаанепыльд («дремучее поле») и т.д. Хотя лингвисты советовали, что новые имена должны быть серьезными и «не содержать чувственных элементов», в действительности новые фамилии оказались гораздо благозвучнее и поэтичнее прежних, например, Тыэлейд («нахождение истины»), Ыннела («счастливый» – приблизительный перевод) и т.д.

​Активная пропаганда, разумеется, дала результаты, кроме того, декрет государственного старейшины сделал смену фамилий довольно простой и не облагаемой налогом. Кампания стала настолько повальной, что ее организаторы клеймили не отказавшихся от «чужой» фамилии как «отставших от времени» и «национально равнодушных» людей, которым пророчили трудности, которые могли возникнуть в работе на государственной должности из-за имени.

​Поскольку кампания по эстонизации фамилий проходила в период роста экономического благосостояния и довольно популярное правительство К. Пятса умело подчеркивало национальные чувства эстонцев и устранение «наследия иноземных властителей», акция оказалась очень успешной. Уже в 1935 г. фамилию поменяли более 30 000 человек, к 1940 г. это число выросло примерно до 200 000. К 1940 г. «иностранную» фамилию носили еще приблизительно 100 000 человек, что означает, что 2/3 носителей подобных фамилий участвовали в кампании эстонизации.

Подробности