От народной педагогики до образования, основанного на письменности

​Если понимать под образованием передачу знаний из поколения в поколение, то эстонское образование, как и у любого другого народа, является таким же древним, как и сам народ. Уже с первых тысячелетий здешнее население занималось мореходством и земледелием, что свидетельствует об имеющихся для этого навыках и умениях и соответствующем развитии. У эстонцев, как и у окрестных народов, имелись свои народные верования, обычаи, табу и иные традиции. Когда до Эстонии дошли верования, идеи и образ жизни чужеродного происхождения, народное творчество все же не прекратилось. Архаическая культурная суть, конечно же, видоизменившаяся с течением веков, сохранялась в эстонском культурном наследии вплоть до начала 20 века.

​История образования как формального учреждения, знаменуемая возникновением школ, началась в Эстонии в 13 веке, после её завоевания феодалами Германии и Дании в ходе крестовых походов. Первые школы создавались при соборах и монастырях, воздвигаемых в стремительно развивающихся городах. Задачей таких школ было обучение священнослужителей, но параллельно с просвещением духовенства осуществлялось просвещение простого народа через католические мессы, литургическая сторона которых – возвышенные песнопения, праздничные одежды священников, воскурение ладана – не могли оставить коренное население, не понимающее латинского языка проповедей, равнодушным. Можно только представлять себе, как воздействовали на вчерашнего крестьянина, нынешнего городского жителя мужского или женского (составляющего, видимо, половину населения) пола торжественность католической церкви и её стремление к неземному.

​С деятельностью монастырей и монастырских школ в эстонское культурное пространство проник совершенно иной, в сравнении с древним, образ мыслей. Заслуживает особого внимания основание в 1229 году Доминиканского монастыря и, 15-ю годами позже, создание при нем школы. Известно, что среди монахов были и эстонцы, а время от времени в монастырской церкви проводились службы и на эстонском языке. На духовную жизнь эстонцев повсеместно влияли бродячие нищенствующие монахи, получившие монастырское образование, которые, передвигаясь среди широких масс народа, распространяли на эстонском языке не только католическую веру, но и другие знания, необходимые в мирской жизни. Часть обучавшихся в монастырских или домских школах священнослужителей продолжила потом своё образование в университетах Западной Европы. Например, вероятно, бывший эстонцем монах Доминиканского монастыря Мауриций в 1268 – 1271 гг. изучал схоластическую философию в Кёльне и Париже, а затем сам преподавал это в монастырской школе. Многие молодые дворяне учились в Праге, Кёльне, Гейдельберге, Эрфурде – откуда уже в конце 15 века дошли до Эстонии идеи гуманизма.

​Обычное же эстонское рыцарское воспитание было таким, как и во всей средневековой Европе, и лишь с приходом лютеранства стали серьёзнее обращать внимание на грамотность. Начальное образование дворяне обычно получали дома. Для этого нанимали платных учителей из города или из-за границы. Городским ремесленникам, многие из которых вели происхождение от эстонских крестьян, необходимые основы ремесла передавались в рамках системы цехов и гильдий (ученик – подмастерье – мастер). И уже с начала 16 века будущих купцов и ремесленников обучали чтению и письму. Первоначально в большинстве случаев школьное образование не касалось коренного населения. По оценкам историков, в средние века эстонское самосознание оставалось в пределах своего языка, быта и обычаев, коренным образом отличавшихся от духовного мира завоевателей. Конечно, через католическую веру в исконную культуру уже проникали некие новые элементы, но этот процесс еще не был систематическим.

​Уровень образования коренного населения начал существенно повышаться только после Реформации. Лютеранство, требовавшее, чтобы божье слово доходило до каждого на родном языке, нуждалось, следовательно, и в народных школах, обучающих богословию и грамоте. Таким образом, Реформация положила начало систематическому школьному образованию коренного населения. Идеи Реформации дошли до Балтийского региона удивительно быстро. Спустя лишь несколько лет после событий 31 октября 1517 г. , когда в Виттенберге Мартин Лютер обнародовал свои знаменитые 95 тезисов, в эстонских городах уже проводились лютеранские проповеди.

​Распространителями лютеранства были города, так как дворянство сначала оставалось в основном католическим. Центром идей Контрреформации, захвативших, правда, только Южную Эстонию, стал Тарту. Именно здесь в 1583 г. открыли свою первую в Эстонии гимназию иезуиты. Северная Эстония, оказавшаяся под шведским влиянием, всё больше и больше попадала под широкое распространение идей Реформации. По счастливой случайности после Ливонской войны главой по делам церкви в Эстонии был назначен Кристиан Агрикола (1551 – 1586), который через своего отца, епископа из Турку Микаэля Агриколу, был хорошо знаком со шведской системой организации церквей и школ. По составленной Кристианом Агриколой инструкции, во время реформации церквей на местах необходимо было обращать внимание и на организованные при них школы, а вся ответственность за обучение детей была возложена на приходы. В результате таких преобразований, как подтверждают историки, изучающие развитие эстонской школы, уровень учебной работы в городских церковных школах в начале 17 века сравнялся с уровнем протестантских стран Западной Европы. К концу первой четверти 17 века Шведское королевство захватило всю материковую часть Эстонии, что означало организацию церковного и школьного уклада согласно шведскому образцу.

​Под руководством шведских властей были открыты две академических гимназии: в Тарту (1630) и в Таллинне (1631), а в 1632 г. создан и Тартуский университет. Со второй трети 17 века государственная церковь стала заниматься обучением чтению также и хуторского населения. В 1684 – 1688 под Тарту действовала первая готовившая учителей приходских школ семинария Форселиуса. Она работала на основах идей рационализма и природосообразности, распространенных в Европе. В семинарии Форселиуса, среди прочих, разделяли взгляды одного из основателей педагогики Яна Амоса Коменского (1592 – 1670) о том, что вместо схоластических методов и сухого вербализма в педагогической практике нужно давать учащимся возможность использовать чувства, что нужно следовать за естественным развитием ребенка, что образование должно быть национально-европейским и основанным на научных достижениях, а обучать нужно всех детей независимо от их происхождения. За 4 года в семинарии получили образование 160 мальчиков, из которых сформировалось первое поколение грамотных крестьян. Через школы распространялось и домашнее обучение, в результате которого многократно увеличилось количество умеющих читать. В начале 18 века по итогам Северной войны Эстония оказалась в составе Российской империи. Война и последовавшая за ней чума довели народ до крайности вымирания. Естественно, что в таких обстоятельствах невозможно было говорить о прогрессе образования. Но все же при новой власти развитие получило профессиональное образование, служившее военным и промышленным интересам России. Так, например, в 1719 г. по царскому указу в Таллинне была открыта русскоязычная адмиралтейская школа, в которой, помимо начального образования, предусматривалось обучение кораблестроению и артиллерийскому делу. Также некоторое время существовала навигационная школа в Нарве.

Подробности